Красносельский
Константин
Константинович

Компьютер и программы

WEB-дизайн

Литература и поэзия

Гуманитарные науки

Логика

Альтернативная логика

Введение

Глава 1. Законы правильного мышления

Глава 2. Способы познания

Глава 3. Суждение (высказывание).

Глава 4. Умозаключения.

Глава 5. Простые умозаключения (силлогизмы).

Глава 6. Простой категорический силлогизм.

Глава 7. Полисиллогизм.

Глава 8. Методы оптимизации мышления

Глава 9. Аналогия

Глава 10. Индукция

Глава 11. Интуиция

Глава 12. Мышление и его ошибки

Глава 13. Построение теорий

Глава 14. Теория аргументации

Глава 15. Основы риторики

Глава 16. Практика риторики

Заключение

 

Психология

Эрих Фромм

Иметь или быть?

Вступительная статья

Предисловие

Введение

Часть I

Глава I. Первый взгляд

Глава II. Обладание и бытие в повседневной жизни

Глава III. Обладание и бытие в Ветхом и Новом завете и в трудах Майстера Экхарта

Часть II

Глава IV. Что такое модус обладания?

Глава V. Что такое модус бытия?

Глава VI. Другие аспекты обладания и бытия: безопасность – опасность

Часть III

Глава VII. Религия, характер и общество

Глава VIII. Условия изменения человека и черты нового человека

Глава IX. Черты нового общества новая наука о человеке

 

Человек для себя

Предисловие

Глава I. Проблема

Глава II. Гуманистическая этика: прикладная наука искусства жить

Глава III. Человеческая природа и характер

Глава IV. Проблемы гуманистической этики

Глава V. Моральная проблема нашего времени

Послесловие. Разумность добра

 

Психоанализ и религия

Предисловие

Фрейд и Юнг

Анализ некоторых типов религиозного опыта

Психоаналитик - «врачеватель души»

Психоанализ - угроза для религии?

Примечания

 

Искусство любить

Предисловие

Является ли любовь искусством?

Теория любви

Объекты любви

Любовь и ее распад в современном обществе

Практика любви

 

Психические болезни. Справочник

Аффективные синдромы

Алкоголизм

Амнестический (корсаковский) синдром

Бредовые синдромы

Дефект психический

Галлюцинаторный синдром (галлюциноз)

Истерический синдром

Интоксикационные психозы

Кататонические синдромы

Маниакально-депрессивный психоз

Навязчивые состояния (обсессии)

Неврозы

Олигофрения

Прогрессивный паралич

Помрачение сознания

Пресенильные (предстарческие, инволюционные) психозы

Психопатии

Психоорганический синдром (органический психосиндром)

Реактивные психозы

Сенестопатически-ипохондрический синдром

Сенильные психозы (старческие психозы)

Симптоматические психозы

Сверхценные идеи

Токсикомании и наркомании

Травматическая энцефалопатия

Шизофрения

Эпилепсия

 

История

История упадка Римской империи

Введение

Империя во время язычества

Установление христианства в качестве государственной религии

Империя во время правления династии Константина

Империя при Валентиниане и Валенте

Империя при Феодосии Великом

Империя под управлением детей Феодосия

Поход Алариха в Италию

Итоги

Причины падения Западной Римской Империи

Как и когда древние люди научились добывать огонь?

Средневековое мракобесие и современная наука древней Греции

Существовал ли Иисус?

 

Любовь

Понятие веры в Исповеди Толстого

Отупление отменяется

И другое...

 

Мастерская

Хронология материалов

Обращение к посетителям

Скачать шрифты

Скачать рефераты

Создание web сайта на заказ

Создание веб сайтов (цены)

Веб-сайты, созданные мной (потенциальным заказчикам)

Полезные ссылки

Об авторе

Статистика сайта

 

Web На сайте

 

 

ТаблицейБлоками.

Причины падения Западной Римской Империи, упадок и падение Рима

Последняя модификация: 30.07.2020 г

Страница загружена с адреса: http://humanus.site3k.ru/history/padenie_rima.html

Моя студия веб-дизайна

Причины падения Западной Римской Империи

Предыстория Римской Империи

Рим пал из-за недостатка политического опыта. Это может показаться странным что, просуществовав более тысячи лет, Рим не накопил необходимый опыт. Это может показаться странным, ведь знания, накопленные Римом, у знающих людей до сих пор вызывают восхищение. Это может показаться странным, ведь у Рима до сих пор есть чему поучиться. Но кое-чему Рим мог бы поучиться и у нас. Он мог бы поучиться у нас нашему знанию истории. И тогда бы он не совершил те ошибки, которые, в итоге, привели к его падению.

Рим не имел достаточного политического опыта, чтобы решить все свои проблемы.

Демократические законы римской республики работали, пока Рим был маленьким городом. Когда же он разросся до имперских размеров, управление государством, используя старые механизмы, стало невозможным.

Гражданские права в древнем Риме

До 1-го века до нашей эры в Римской республике гражданскими правами пользовались только непосредственные жители города Рима.

Так уж сложилось исторически, со времен основания города Рима, что жители города Рима являются его гражданами и имеют избирательные и другие права граждан. Но понятие жителя Рима не понималось шире, по мере увеличения римских владений. Во времена Пунических войн власть Рима распространялась на всю Италию, но только непосредственные жители города Рима считались его гражданами. Остальные считались «союзниками» и, фактически, не имели никаких прав. Что, естественно, позволило Ганнибалу, вторгшемуся в Италию, склонить бесправных «союзников» Рима на свою сторону. Долго так продолжаться не могло и в первом веке до нашей эры, недовольные своим бесправием италийские «союзники» Рима начали войну, в результате которой формально получили гражданские права (закон Lex Iulia 90 г. до н. э.). Эти права были формальны, так как объединяли всю Италию в 9 или 10 избирательных округов (триб), дополнительных к 35 округам (триб) города Рима. Фактически, этот десяток округов огромной (в сравнении с самим городом Римом) Италии имел меньшинство голосов против небольшой горстки римлян, владеющих 35-ю трибами, и не оказывал никакого влияния на политическую жизнь Римской республики. Избирательные права италиков были только формальностью. Всем по-прежнему правила кучка римлян. Однако вскоре, не в силу государственной целесообразности, а с целью достижения победы над оппонентами, Публий Сульпиций, в угоду Гаю Марию сумел провести законопроект о распределении граждан по всем трибам (Луций Корнелий Сулла отменил этот закон, но позже он вновь был введен). Хоть это и делалось в корыстных интересах части жителей города Рима, но жители Италии все же получили истинное гражданство и, наконец, приняли Рим как столицу своего государства. И в последующем не переходили на сторону противников Рима, так как теперь сами были его частью.

Однако гражданские права не коснулись других римских владений: Испания, Греция, Африка все так же оставались просто оккупированными территориями. И если быть оккупированными Римом означало благоденствие (в результате развития торговли и ремесел под влиянием установившегося мира, закона и обмена технологиями), жители оккупированных территорий смотрели безразлично на происходящее в самом Риме. Если же подвластность Риму по каким-то причинам становилась тягостной, начинали преобладать антиримские настроения.

Таким образом, не являясь гражданами Рима, жители провинций смотрели на судьбу Рима, в лучшем случае, с равнодушием. Они не стремились защищать Рим и римские законы. Это равнодушие подавляющего большинства позволяло авантюристам вершить беззаконие.

И хотя в 212 году римский император Каракалла издал указ о даровании римского гражданства всему свободному населению Римской империи (а до него гражданские права распространились и на некоторые области вне Италии), привыкшие относиться к Риму с безразличием, жители провинций не спешили принять участие в политической жизни государства. Да и не могли они оказать влияние на политику Рима: слишком велики были расстояния.

В итоге, даже при распространении гражданских прав на всех свободных жителей государства, власть в государстве, фактически зависела только от жителей города Рим. Угодивший жителям города получал власть над всем государством. Поэтому, для достижения власти требовалось заигрывать с жителями города Рима, не беспокоясь о других регионах и, зачастую, в ущерб им. Удаленные регионы не всегда довольствовались этой участью и периодически выдвигали своих претендентов на власть (или претенденты сами себя выдвигали, опираясь на регионы, что не меняет сути). В этом заключалась одна из причин гражданских войн и восстаний.

Римская армия

Одним из важнейших факторов, определяющих судьбу Рима, была римская армия. Именно в ней в первую очередь проявлялись римские проблемы. В том числе непригодность демократического аппарата маленькой деревушки для управления разрастающегося государства. Пока Рим был всего лишь городом, его армия набиралась за счет крестьянского ополчения. Крестьяне оставляли свои хозяйства, вооружались за свой счет и шли на войну, отстаивать интересы Рима и, в конечном счете, свои собственные интересы. Но по мере роста владений Рима, солдатам приходилось воевать все дальше и дальше от дома. Затяжные военные компании вдали от дома приводили к длительному отрыву крестьян от своих хозяйств. В результате, когда они возвращались домой, их хозяйства, оставшиеся без присмотра, оказывались разоренными. Крестьяне, вернувшиеся с войны, становились нищими и вынуждены были выпрашивать милостыню на улицах Рима. Авторитет армии падал. Служба в армии из почетной обязанности превращалась в проклятие. Никто не хотел служить в армии, чтобы потом побираться по улицам. Требовалась иная организация армейской службы. В итоге в Риме появилась профессиональная армия (реформы Гая Мария 106-105 гг. до н. э.), в которой людям платили за службу, а при выходе в отставку по истечении срока службы (16-25 лет) выдавали солидную пенсию, в том числе, земельным участком. Таким образом, служба в армии превратилась из убыточного занятия в доходное мероприятие, привлекшее большое число желающих, особенно среди безземельных крестьян.

Но из-за недостатка политического опыта в организации профессиональной римской армии имелось противоречие демократическим законам Рима. Длительное время, до 25 лет, солдаты жили обособленно в военном лагере. Общественная и политическая жизнь остального государства их не касалась. Именно командующий армии выплачивал солдатам зарплату и гарантировал ее выплату. Не римский народ, не сенат – только командующий. В результате армия сохраняла преданность именно своему командующему, а не законам Рима. Что, в итоге, позволило командующим использовать армию для попирания этих законов (первые, кто использовал профессиональную армию против Рима, были Луций Корнелий Сулла и Гай Марий – автор реформы, сделавшей армию профессиональной). Ведь солдаты были лично заинтересованы в успехе командира, даже если он восставал против Рима. И уже со времен Октавиана Августа после смерти очередного императора почти каждый легион провозглашал императором своего полководца (так, после смерти Октавиана, легионы провозгласили императором Германика Юлия Цезаря, у которого хватило благородства отказаться от этой чести в пользу своего дяди, Тиберия, назначенного приемником, согласно официальным данным, самим Октавианом, а после смерти Нерона различные легионы выбирали своих императоров, не отличившихся особым благородством и устроивших первую гражданскую войну с тех пор, как Рим стал империей).

Первые гражданские войны за императорский титул началить тогда, когда империи ничто не угрожало. Но постепенно они стали делом обыденным. За время существования Римской империи в ней произошло гражданский войн, вероятно, больше, чем за всю остальную историю человечества во всех странах вместе взятых! Привыкнув воевать друг с другом, римляне не останавливались даже при угрозе внешнего врага. Более того, часто приглашали внешних врагов вместе напасть на на своих противников в Риме. А все потому, что римская армия перестала жить жизньюримского народа и со временем приучилась смотреть на него просто как на очередное покоренное племя.

Патронаж

Патронажем в Риме называли поддержку слабых граждан более сильными. К примеру, богатый аристократ оказывал материальную помощь обедневшему ремесленнику в обмен на его голос при выборах и другие услуги. Такая традиция имела как позитивную сторону (поддержание населения, вроде нынешних дотаций, пособий, пенсий), так и негативную. За небольшие подачки от сильных мира сего, простые граждане становились бездумными орудиями в достижении политических целей этих сильных мира, не заботясь о дальних перспективах своих действий. Население города становилось продажным. За раздачу хлеба и бесплатные зрелища в цирке они готовы были свергать одних диктаторов и устанавливать других. Количество бедноты в Риме быстро росло. Ополченческие армии древнего Рима постепенно приводили к обезземеливанию крестьян. Вернувшись с войны разоренными, они пополняли толпы нищих в городе. Стараясь преодолеть нищету и помочь обездоленным, Гай Гракх ввел государственные продажи дешевого хлеба. Следующим шагом должна была стать земельная реформа, которая вернула бы землю крестьянам и превратила бы нищих в фермеров. Но богатые землевладельцы, боясь потерять часть своих богатств, не допустили этих реформ, убив Гая Гракха. Однако раздачу хлеба они не отменили. Ведь она была продолжением традиций патронажа и позволяла покупать голоса избирателей не по одиночке, как прежде, а оптом.

Современные правительства преодолевают кризисы не столько раздачей пособий, сколько увеличением рабочих мест. Древнеримский сенат не заботился о рабочих местах. Наличие нищих сенаторы считали благом, так как могли опираться на них в своих предвыборных компаниях. Достаточно было дать толпе «хлеба и зрелищ», чтобы заручиться ее поддержкой. О долгосрочных последсивтях такой политики никто не задумывался.

Приток нищих в Рим увеличился. Их всех требовалось ублажать. Приходилось строить новые акведуки для снабжения города водой и везти зерно из Африки, так как местного зерна уже не хватало: в Италии не осталось фермеров, они все перебрались в Рим нищенствовать.

За счет бесконечного притока нищих, город Рим непрестанно разрастался (уже в начале первого века, при Калигуле, пособие по бедности получало 200 000 жителей города). Это создавало иллюзию величия, но на самом деле ничего великого в себе не несло: толпы тунеядцев, привыкших жить на подачки уже и не помышляли о какой-то общественно-полезной деятельности. Подобно паразитам они пили кровь из всего государства, совершенно не заботясь о его благе. Они не только не защищали законность, но даже себя защищать не хотели. Когда в 408 году город с населением более миллиона человек осадила 40 тысячная армия готов, жители города, привыкшие жить за чужой счет, не сделали ничего, чтобы снять осаду или разбить врагов. Имея по крайней мере 25 кратное превосходство в численности, они уже не создавали ополчение, как в былые времена, а ждали, что император, находящийся вне города, пришлет армию для их спасения. А когда стало очевидным, что армия не подойдет, просто сдались на милость победителей (двумя веками ранее эта же неблагодарная толпа насмехалась над Диоклетианом из-за того что, принеся в империю мир и процветание, он устроил недостаточно много халявных празднеств).

И ради ублажения этого стада сенаторы обирали покоренные народы. То, что во времена республики начиналось как эпизодическая раздача хлеба для спасения бедноты от голода, во времена империи превратилось в ежедневную раздачу свежего хлеба, соленого мяса, оливкового масла и вина. Провинции разоряли, чтобы содержать толпы кровососов, голосами которых могли заручиться при случае. Не удивительно, что некоторые императоры пытались бежать из Рима. Тиберий удалился на остров (возможно его просто тяготила власть), Константин I в 326 году перенес столицу в новый город Константинополь (назван так в 330 году) где не было ни нищих, ни сенаторов (и, изменив государственное устройство, правил оттуда подобно древним римским царям). После разделения империи на западную и восточную, когда столица западной оказалась в Риме, в 401 году император Гонорий перенес ее в Равену, подальше от алчности нищих и коррумпированности сената.

Попытки бежать от Рима показывают, что город с его пороками был невыносим даже для некоторых императоров (не зависимо от того, смогли ли они преодолеть пороки на новом месте). Патронаж стал множить тунеядцев, легших тяжким бременем на все Римское государство. Римский сенат не осознавал, к чему это приведет, и не пытался исправить ситуацию. Некоторые императоры пытались сделать это сами, но поскольку раздача земли бедноте означала ее конфискацию у крупных землевладельцев, такие императоры умирали еще до того, как успевали затронуть интересы знати. Знать предпочитала богатеть и раздавать государственные резервы нищим, вместо того, чтобы, немного поступившись личным богатством, укрепить государство. В итоге, на содержание римских тунеядцев тратилось почти столько же, сколько на содержание всей армии. А порой, (во времена различных торжеств), и больше. Периодически это приводило к тому, что содержать армию было просто не за что.

Кроме того, большие расходы на содержание дармоедов вели к росту инфляции. Ведь чем больше продукт потребляют и чем меньше его производят, тем больше его стоимость, и меньше стоимость денег. А когда обираемые землевладельцы разоряются, но зато могут бесплатно питаться в Риме, спад производства без снижения потребления гарантирован.

Управление Римской республикой

Управление Рима посредством выборного сената было достаточно эффективным, пока Рим был только городом. Но с ростом подвластных Риму территорий, полугодичные консульские сроки не позволяли назначенным на должность консула лицам эффективно выполнять свои обязанности. Большие расстояния требовали больших временных затрат. Сенат с полугодичными консулами не соответствовал потребностям управления большого государства. Удлинение сроков полномочий становилось тем насущней, чем сильнее разрастались владения Рима. В итоге некоторых консулов регулярно переизбирали, продлевая их полномочия, в результате чего те уподоблялись пожизненным диктаторам (к примеру, Гай Марий).

По мере роста государства не только кратковременность полномочий становилась проблемой. Сама сенатская форма правления себя изживала. Должность консула была выборной. Часто консулами становились не самые достойные, а самые ловкие. Кто раздал больше взяток избирателям, кто устроил больше увеселений, тот и становился консулом (к примеру, Гай Теренций Варрон, проигравший Ганнибалу сражение при Каннах, но получивший, несмотря на это, благодарность сената). Такое положение дел вело не столько к демократии, сколько к росту коррупции. Консулами становились самые коррумпированные представители римской знати, зачастую лишенные каких-либо талантов и не способные на верные решения в критических ситуациях. Поэтому в критических ситуациях, понеся много потерь (к примеру, потеря армии при Каннах), для собственного спасения сенату приходилось выдавать консульские полномочия тем, кто способен был справиться с ситуацией (как ему пришлось утвердить командование направляемой в Африку армией Публию Корнелию Сципиону, позже названному, Африканским). Зачастую, для большей эффективности, этих людей наделяли диктаторской властью.

Консульские полномочия выдавались на пол года. Был шанс, что полномочия достойного консула будут продлены на новый срок. Но не редко склоки и коррупция внутри сената приводили к низвержению достойного консула и становлению на его должность ловкого политикана, не только не способного, но и не желающего служить на благо Рима (именно в результате грязных махинаций правительства Луций Корнелий Сулла был отстранен от управления армией, направляемой против Митридата, что вызвало его гнев и использование армии против продажных членов правительства).

В такой ситуации возрастал соблазн установления диктатуры с целью наведения порядка в погрязшем в коррупции сенате. И первым, кто воплотил идею диктатуры в жизнь, был Луций Корнелий Сулла. Память о деспотических царях древнего Рима не позволила узаконить наследование прав диктаторов (и на примере деспотических императоров видно, что римляне боялись не напрасно). Тем не менее, Сулла добился в народном собрании избрание диктатором «до тех пор, пока Рим, Италия, вся римская держава, потрясённая междоусобными распрями и войнами, не укрепится». С этих пор диктатура становится предпочтительней коррумпированного сената. Сенат становится все более бесполезным (вероятно именно это и хотел показать Калигула, назначив сенатором своего коня, хотя сарказм по поводу сената не опровергает мнение о безумии Калигулы, так как кроме назначения коня сенатором, он, наряду с прочим, построил коню дворец и кровать из слоновой кости – действия, которые трудно назвать разумными). Назревает эпоха императоров.

Установив в Риме порядок по своему усмотрению, Сулла снимает с себя диктаторские полномочия и передает управление сенату. В результате этого в сенате возобновляется грязная возня. Гай Юлий Цезарь пытается не допустить больше внутрисенатских интриг, но погибает, обвиненный в попытке стать царем. Деспотия древних царей Рима страшит сенат. И приемник Цезаря, Октавиан пытается обойти эту проблему, делая себя пожизненным консулом. Но консул – не царь. Его должность выборная, он не только не передает права по наследству, но даже может быть смещен. И хотя даже римский сенат приходит к выводу о необходимости единоличного управления государством, не возобновив традиции царской власти, он не имеет узаконенного механизма наследования власти. А значит, власть получает тот, кто сумеет ее захватить, подобно Сулле. Цезарю, Октавиану. Более того, убивая в результате заговоров всех императоров, правящих независимо от сената, сенат подает пример отношения к императору. Население империи привыкает к тому, что императоры меняются чаще, чем времена года, а жизнь императора ничего не стоит. Каждый, кому не лень, может убить императора и захватить власть в свои руки. Это уже традиция. Так заведено в Риме.

Римская империя

Вот ряд признаков, по которым видно, что к третьему веку нашей эры Римская империя постепенно сползала в пропасть:

  1. Безразличное к судьбе империи население окраин.
  2. Безразличная к законам армия, служащая тому военачальнику, которому привыкла доверять (а значит, в каждом регионе, своему), к тому же, готовая убить своего командующего, если тот пытался укрепить армейскую дисциплину (к примеру, убийство императора Пертинакса в 193 году).
  3. Безразличное к судьбе империи огромное (2% всего населения империи) население города Рима, алчущее празднеств, хлеба, зрелищ.
  4. Заигрывающий с ненасытной толпой сенат, а вслед за ним и императоры, готовые ради удовольствия тунеядцев Рима обобрать в конец всю империю.
  5. Сенат, не только обирающий империю ради тунеядцев Рима, но так же, сенат, заботящийся только о своем собственном сиюминутном благе, не способный посмотреть вперед и увидеть, к чему это приведет (к сожалению, до них история не хранила примеров подобного упадка), и не заботящийся судьбой империи. Естественно, что такими же, не заботящимися о судьбе империи были и многие императоры.
  6. «Птичьи права» римских императоров, которых можно свергать по своему усмотрению.

Одним словом, к этому времени в Римской империи царила атмосфера всеобщего наплевательства и коррупции, в которой ловким на руку дельцам удобно было проворачивать свои делишки. Поэтому в середине третьего века императоры менялись по несколько штук в год, а гражданские войны одних сторонников против других разоряли империю окончательно и уничтожали в ней всякую законность.

Там где войны и беззаконие, там инфляция и голод. Христианство с призывами отказаться от земных благ ради благ небесных оказалось очень кстати. Земных благ-то становилось все меньше. И люди с радостью верили, что после смерти им воздастся.

Император Константин I решил использовать ставшую наиболее популярной религию для объединения империи. Тем более что в ней утверждалось, что Бог только один. Ну, а там, где один Бог, положен и один император (по крайней мере, таков был девиз). Кроме использования новой религии, Константин I решил использовать и новую столицу, где нет нищих и, мешающего нормальному управлению, сената.

Проблема роста империи

Помимо прочих проблем, постепенно возникла проблема разрастания империи до размеров, которыми трудно было управлять даже твердой рукой императора. Невозможность не только быстрой передачи распоряжений и донесений, но так же невозможность быстрой переброски войск не только ослабляли границы империи, но и провоцировали мятежи с целью отделения от империи. В результате император Адриан (с 117 года) решил отказаться от наступательной политики и перейти к сохранению уже имеющихся территорий. Это уже не та политика, которая привела к разрушению Карфагена с тем, чтобы раз и навсегда покончить с врагом и не та, что привела к завоеванию Понтийского царства, положившего конец Митридатовым войнам. Переход к жесткой обороне привел к тому что, получив отпор, внешние враги империи имели возможность восстановить силы, с тем, чтобы напасть снова. Фактически, для искоренения врагов, империя должна была продолжать наступление, превращая врагов в своих подданных.

Противоречие между невозможностью управления огромными территориями и необходимостью расширения попытался решить император Диоклетиан в 293 году разделивший империю на части управляемые отдельными августами (императорами). Этот же император сменил политику жесткой обороны на гибкую, в которой завоевание новых территорий рассматривалось как средство необходимое для защиты империи. Он же одним из первых начал выплачивать дань враждебным племенам (самым первым, по видимому, был император Домициан, выплачивавший дань дакам), чтобы те не нападали на империю (во времена Октавиана вместо выплаты дани за границей империи создавалась ничейная территория, на которой легионы систематически уничтожали все живое, чтоб не осталось варваров, готовых потревожить империю, что было эффективно только против небольших набегов. Позже проводилась политика романизации племен с целью сменить их вражду на дружбу, что было эффективно в любом случае).

Разделение империи повысило эффективность ее управления, но не совершенность механизмов разделения привела к гражданской войне, в результате которой Константин I в 324 году вновь объединил империю.

Восстание иудеев и Чума

Первое восстание иудеев произошло в 66 году, имело локальный характер и было подавлено за 5 лет. По данным древних историков, за это время в Иудее было убито и умерло от голода и болезней около 600 тысяч человек.

Второе восстание иудеев 115-118 года охватило почти свю восточную часть Римской империи и началось с того, что евреи начали истреблять всех иноверцев, считая их захватчиками и, вообще, народами, обещенными Богом им в услужение. В Киренаике они вырезали 220 тысяч греков, на Кипре — 240 тысяч, сотни тысяч были убиты в Египте. Римской армии пришлось принять ответные меры. Общие человеческие жертвы в результате восстания, очевидно, превысили миллион человек. Это было одно из наиболее кровопролитных бедствий за всю историю человечества вплоть до 20 века.

Третье восстание 132-135 года было, по сути, последней вспышкой второго. Последствия его не были так ужасны, как последствия первых двух.

В результате этих восстаний население Ближнего Востока было почти полностью истреблено и эти территории пришлось населять заново. Это был серьезный удар по могуществу Римской империи. Но бедствия на этом не прекратились.

Примерно со 166 года по 189 в империи свирепствовала эпидемия чумы, не только сократившая население империи на 20%, но так же нанесшая удар по ее экономике, культурным связям, законности. Хаос, привнесенный эпидемией, мог подорвать могущество любого государства. 20 лет люди жили в атмосфере страха перед неизвестной болезнью, которую, конечно же, считали, гневом Богов. В такие трудные времена императору следовало бы объединить свои усилия с сенатом для спасения империи. И правивший в это время Марк Аврелий превосходно справлялся со своей задачей, пока сам не умер от болезни. Но пришедший ему на смену Коммод покончил с благосклонностью к сенату, за что жестоко поплатился: он был убит, а его убийцы были оправданы сенатом как люди, избавившие Рим от врага отечества.

В результате эпидемии экономика страны и дисциплина в армии ослабли. Заговорщики убили Коммода и провозгласили императором Пертинакса. Преторианская гвардия убила Пертинакса за попытку усилить армейскую дисциплину и назначила императором Дидия Юлиана. Однако дунайские легионы провозгласили императором Септимия Севера, восточные войска провозгласили Песценния Нигера, британские – Клодия Альбина. Хаос продолжался, население истреблялось то болезнями, то голодом, то мечем, экономика разрушалась, законы перестали соблюдаться, военачальники пытались друг друга истребить, чтобы, воспользовавшись всеобщим хаосом, подобно марадерам, грабить беззащитных и испуганных жителей империи.

Изменения в Римской армии

Период политики жесткой обороны внес в армию свои новшества.

Во-первых, набор в армию стал вестись в основном из приграничных районов. Тому было 2 основные причины: удобство набора военнослужащих по месту службы и более низкий, в сравнении с центральными областями, уровень жизни, в результате чего служба в армии становилась для местных жителей одной из наиболее перспективных с точки зрения карьерного роста. Ведь с момента введения наемной армии она была наиболее привлекательной для наиболее бедных слоев населения, которых было больше на окраинах. Кроме того, близость армии и некоторая опасность границ поднимала в жителях периферии боевой дух.

Во-вторых, поскольку армии размещались у границы, они не находились в постоянных походах, как раньше. А, перейдя к оседлому образу жизни, постепенно погрязали в роскоши и лености. Дисциплина падала. Этому способствовало и то, что в армию попадало много не романизированного населения, не пропитанную духом патриотизма и не знающие прославленной ранее армейской дисциплины.

В третьих, тяжелые доспехи и вооружение пехоты сменились легким (отчасти чтобы облегчить выдвижение армии на перехват прорвавшихся сквозь границу варваров, отчасти, чтобы удешевить содержание разросшейся армии). Тактика пехоты упростилась и стала более оборонительной. Возросли значение и численность кавалерии. Появились подразделения, в которых всадник и передняя часть коня защищались кольчугой. Именно этим частям предстояло наносить главный удар (как конным рыцарям средних веков). Пехота, которая ранее могла обратить в бегство кавалерию (как в 48 г. до н. э. во время битвы при Фарсале) начала утрачивать былое значение.

Деградация армии произошла не внезапно. Начавшись во втором веке, она еще почти не была заметна в начале третьего. Однако медленно, но уверенно, армия деградировала, опережая деградацию всего римского общества, так как проблемы общества в первую очередь проявлялись именно в армии.

В качестве иллюстрации: Император (с 193 года) Септимий Север позволил солдатам официально жениться, узаконив, таким образом, повсеместно нарушаемый запрет (солдаты ранней империи не имели права заводить семьи). Сама по себе мера была правильной. Солдат тоже человек. Но ранее на такие уступки идти не приходилось. А теперь пришлось смягчить армейские порядки, чтоб фактическое положение дел не шло в разрез с установленными правилами, соблюдавшимися ранее, во времена, когда войска были в постоянных походах.

Сын Септимия Севера, император Каракалла был убит в 217 году командующим преторианской гвардией Опелием Макрином прямо во время военного похода (в итоге Макрин провозгласил себя императором, но проиграл войну, а позже погиб в бою с приверженцами законного наследника Каракаллы). Это красноречиво демонстрирует авантюризм и безответственность ряда узурпаторов, недальновидность императоров, позволяющих подобным личностям занимать важные посты и продажность армии, для которой награда была важнее закона (в общей сложности Макрин выдал солдатам за свою поддержку по 8 золотых).

Не удивительно, что такая армия в 235 году убила императора Александра Севера, когда он попытался снизить расходы на ее нужды.

После смерти Александра Севера, с 235 по 284 год длится этап политической анархии. Армия стала неуправляемой. По своей прихоти она свергает одних и устанавливает других императоров. Непрекращающиеся гражданские войны еще больше разлагают армейскую дисциплину, разрушают экономические связи внутри империи, приводят к спаду производства, обнищанию, инфляции. Необходимость пополнения армии, тающей в непрестанных сражениях, обездоливает население налогами и снижает вербовочную базу. Среди собственного населения империи уже не хватает желающих нести армейскую службу (и участвовать в братоубийственной войне). Приходится нанимать отряды варваров. Только они еще готовы ради наживы убивать кого угодно.

На фоне этого пограничные племена, чувствуя ослабление соседа, начинают нарушать границы. В перерывах между братоубийственными войнами римские войска отгоняли их прочь, чтобы они не мешали им самим заниматься разрушением империи. Иногда же они, наоборот, провоцировали нападение варваров на какую-то провинцию, чтобы облегчить себе победу над командующим войсками этой провинции. Внутренних противников римляне считают более опасными, нежели внешних врагов. Поэтому объединятся с внешними врагами, чтобы бить своих внутренних противников.

Еще никто не понимал, какие последствия ждут впереди. Но маховик упадка набирал обороты и, его некому было остановить, пока к власти в 284 году не пришел император Диоклетиан. Помимо разделения империи на 4 части для упрощения ее управления, он ввел изменения в армию. Помимо вольного найма, появился набор близкий к феодальному: крупные землевладельцы обязывались давать армии солдат в соответствии с имеющимся у них числом рабов и колонов (крепостных). Помимо того, он сделал службу в армии наследственной и сын солдата должен был так же стать солдатом (так же он разделил армию на пограничные войска и стратегический резерв, но это не относится к сути данного дела). Целью этих мер была возможность пополнения римской армии без найма варваров, с большей охотой разоряющих империю, нежели защищающих ее. А главное – варвары служили в качестве отдельных отрядов со своим оружием, тактикой и вождями. И, по сути, без какой либо дисциплины. Получить полноценную римскую армию из этих неуправляемых орд не представлялось возможным. Поэтому оказалось стратегически необходимым увеличить в армии долю граждан империи.

Однако меры Диоклетиана оказались недостаточно эффективными, так как люди различными способами уклонялись от службы в армии и даже калечили себя, чтоб избежать призыва. Солдат иногда приходилось клеймить, как преступников, чтоб помешать им дезертировать. Конечно, насильственный набор не способствовал дисциплине в армии. Ослабла и выучка солдат. При этом чтобы снизить расходы на содержание армии, а заодно повысить ее способность быстро преодолевать огромные расстояния империи, вооружение пехоты облегчили, лишив доспехов и вооружив метательным оружием и луками. Конницу, наоборот, вооружили длинной пикой и забронировали пуще прежнего, покрыв с головы до ног кольчугой не только всадника (чуть не написал, рыцаря), но и его коня. При таком вооружении от пехоты требовалось сдерживать атаки противника и помогать кавалерии, наносящей главный удар, для чего число кавалерии значительно увеличили. Другого и не могло быть: плохо дисциплинированная пехота не могла сражаться так же эффективно, как легионы Юлия Цезаря. В 4 веке это уже были не легионы в их первоначальном понимании, а мало дисциплинированная толпа. Поэтому сильно тратиться на содержание этой толпы не было смысла. Другое дело – полностью закрытая кольчугой кавалерия, способная проламываться сквозь эту толпу.

Поднять дисциплину в войсках не было возможности: поскольку в результате гражданских войн популярность в войсках становится самым важным фактором для императора и его противников, никто не рисковал взяться всерьез за повышение дисциплины и боевой подготовки в войсках. В 235 году армией убит император Александр Север, при попытке снизить расходы на армию. В 268 году Лолиан Ульпий Корнелий убит солдатами за требование упорного труда в восстановлении разрушенных германцами городов. Император Проб однажды принудил армию заниматься мирными строительными работами, и был убит за это недовольными солдатами в 282 году. Другие императоры тоже иногда умирали, чуть только армии казалось, что они к ней слишком суровы (например, убийство императора Пертинакса в 193 году за попытку упорядочить воинскую дисциплину). А главное – армии достаточно было перестать поддерживать императора, чтоб на его место покусился другой. Так что, заигрывание с армией стало одной из важнейших задач императоров. Ни о какой дисциплине уже не помышляли.

В конце 4-го века армия претерпела очередную реорганизацию. Император Феодосий, для пополнения армии был вынужден набирать наемников целыми племенами вместе с их вождями. Римская армия стало более варварской, чем римской. Число варваров в ней превосходило число римлян. И ее командующие так же были варварами (войсками Западной империи командовал франк Арбогаст, войсками Восточной командовал вандал Стилихон). Население Римской империи таяло (в результате непрерывных междоусобных войн, набегов варваров, голода, болезней, общей нестабильности, снижающей рождаемость и выживаемость населения). Остатки жителей не желали нести военную службу. Только самые амбициозные римляне готовы были служить в армии, видя себя в роли будущих императоров. Варвары, при всей их дикости и недисциплинированности, становились единственной военной силой империи.

Пополнение армии за счет варваров не шло в разрез с римскими традициями. Еще во времена республики римская армия дополнялась войсками союзников. В частности, в разгроме карфагенской армии в битве при Заме большую роль сыграла конница под командованием нумидийского царя Массинисса (разбив на фланге конницу Карфагена и ударив в тыл карфагенской пехоте). Поскольку в определенный исторический период союзниками Рима стали варвары, их вспомогательные отряды стали частью римской армии. Вандалы еще со времен Аврелиана (примерно 270 год) поставляли римлянам 2 тысячи всадников. При Константине I готы давали в римскую армию порядка 40 тысяч воинов. Высоко ценилась в римской армии полностью бронированная сарматская конница. Проблема была лишь в том, что численность варваров в процентном отношении возрастала, и к концу 4 века именно они составляли ее основную ударную силу.

Варваризация населения

Находящимся в дружеских отношениях с Римом и порядком романизированным вандалам, в связи с притеснением их готами, при Константине I разрешили поселиться на территории Римской империи и жить на правах римских граждан. В империи с исчезающим населением приток свежей крови был необходим для жизни. Однако не все в империи понимали данную необходимость. Для многих людей поселение на территории империи «варваров», на которых они смотрели с презрением, казалось угрозой их привычной культуре.

Римляне забыли, что сами они вовсе не римляне. Греки, галлы, сирийцы и представители других наций называли себя римлянами. Даже императоры по рождению были италийцами, даками, иллирийцами, галлами, далматинцами… Вандалы – это только еще одно племя, вливающееся в многонациональный римский народ.

В 376 году часть вестготов, не желающих подчиниться притеснявшим их гуннам, попросили разрешение у императора Валента поселиться на римской территории. Отказать готам казалось не очень разумным. Во-первых, они могли бы попытаться вторгнуться в империю силой, что привело бы к необходимости ослабевшей империи начать против них войну, во-вторых, империя нуждалась в увеличении населения даже за счет варваров. Поэтому император Валент дал согласие. Но аристократия, увидевшая в этом очередную угрозу своему господству, всячески препятствовала расселению готов на территории империи. Не понимая потребности укреплять империю новыми гражданами, имперские чиновники в сговоре с аристократией саботировали поставки продовольствия готским беженцам, надеясь уморить их голодом. В итоге, вестготы, ранее дававшие пополнение римской армии, подняли мятеж (приведший, в последствии, к окончательному упадку империи). Столица империи – Константинополь – устояла перед готами только благодаря вооружению жителей города. Рим, с его продажным населением, безразличным к судьбе империи, устоять не смог.

Император Феодосий сумел урегулировать готский кризис и, готы, под предводительством Алариха вновь встали на защиту империи. Однако, в силу общего антиготского настроения Феодосий пытался уничтожить готов в борьбе против узурпатора Евгения (чтобы избавиться от столь опасных союзников), посылая их в бой на неминуемую гибель. Помня, как имперские чиновники морили их голодом, готы поняли, что история повторилась (варвары, оказывается, лучше римлян умели извлекать уроки из истории): римляне вновь пытаются их истребить. И готы снова восстали (в итоге взяли Рим).

Религиозная нетерпимость

В 3-5 веках религиозная нетерпимость подливала масла в огонь римской братоубийственной войны: сначала гонения на малочисленных в то время христиан, затем более катастрофические гонения на многочисленных нехристиан и еретиков – в придачу к гражданским войнам и отражениям набегов варваров это добавляло хаоса и уменьшало население империи. Чем больше требовалось сплотиться для защиты от внешних врагов, тем больше империю раздирали внутренние распри. При Константине I христианство позволило сплотить Римскую империю, но после него оно только увеличивало раздор. Веротерпимость исчезла. Провозгласив единственного Бога, набравшие силу христиане начали борьбу не только с исповедующими многобожие язычниками, но и с другими христианами, имевшими хоть какие-то отклонения в своих обрядах. Никенияне преследовали ариан, ариане преследовали никениян. И, конечно же, представители одной секты не желали подчиняться приказам представителей другой. Римляне враждовали сами с собой, а в варварах, религия которых подходила им больше, видили освободителей (к примеру, при захвате вандалами Африки, римляне, исповедавшие донатизм, встали на сторону вандалов против римского большинства, исповедавшего католицызм).

Социальная апатия

Постоянный передел власти так вымотал население, что оно уже стало безразличным к судьбе императора, Рима и самой империи. Многие может даже и хотели, чтобы империю захватили варвары и положили конец внутренним склокам. Усиливало апатию и распространение христианства. Поскольку христиане ждали рая после смерти, многие из них не стремились ни к чему при жизни. И уж тем более, они не стремились защитить Рим и римский закон. Рим, обретший могущество благодаря тому, что его граждане готовы были за него сражаться и умирать, теперь стал никому не нужным.

К концу царствования Константина Великого, на территории империи насчитывалась около 2-х миллионов монахов. Если бы они не были монахами, из их чиста можно было бы набрать достаточно крупную армию, чтобы покорить всех германских варваров и варваров Скифии, обеспечив процветание империи еще на сотни лет. Но, будучи монахами, они устранились от общественных дел и вели паразитический образ жизни.

В целом, христианская религия, с ее религиозной нетерпимостью, социальной аппатией и призрением к науке, стала главным фактором окончательного упадка империи.

Окончательный раздел империи на западную и восточную

После смерти Феодосия в 395 году Римскую империю окончательно разделили на Западную и Восточную. Восточная часть империи переживала период относительного спокойствия. Ее практически не беспокоили внешние враги, и армии не приходилось концентрироваться. Западной части империи, наоборот, приходилось противостоять давлению варваров, что приводило к высоким концентрациям войск в руках отдельных командующих, тут же начинавших использовать армию не для защиты империи, а для достижения власти (в 384 году власть узурпировал Магн Максим, в 392 – военачальник Арбогаст провозгласил императором Евгения, в 407 году в Британии провозгласили императора Константина III, вскоре захватившего Галлию и Испанию). Таким образом, именно благодаря давлению извне, требовавшем сосредоточения войск, в западной империи продолжались внутренние распри.

Последний шанс Западной Римской Империи

В связи с варваризацией населения с большей опаской старые «римляне» смотрели на продвижение «варваров» по службе. С завистью, «праведным гневом» и страхом они смотрели на то, как в конце 4 века, при императоре Феодосии командование армией перешло в руки вандала Флавия Стилихона. То, что среди римлян не было ни одного столь же одаренного и преданного императору военачальника – а именно это было важным в данную эпоху – никого не беспокоило. Всех беспокоило лишь то, что кто-то новоявленный вытеснял бывшую элиту. Столь быстрый карьерный успех бывшего «чуть ли не варвара» (отец Стилихона служил в римской армии, Стилихон родился и жил среди римлян, имел классическое римское воспитание и ни коим образом не мог считаться варваром) пугал старую аристократию. Находились и те, кто стремился ему помешать.

С помощью вандалов и аланской конницы Стилихону удается отбить вестготов Алариха от Медиолана, где находился император Западной Римской империи Ганорий. Вместо окончательного разгрома вестготов Алариха, Стилихон решил заключить с ним мир, надеясь использовать его войска для захвата у Восточной Римской империи Иллирика, из-за которого между западом и востоком был давний спор. Однако спор из-за Иллирика пришлось отложить из-за вторжения вестготов под предводительством Радагайса, которых Стилихон разбил, используя отряды готов под предводительством Сара и гуннов под предводительством Улдина. Избавившись от одной опасности, Стилихон столкнулся с новой: в Британии объявляется узурпатор Константин III, захватывающий власть над Галлией и Испанией. Стилихону удалось договориться с Аларихом о том, что тот, за соответствующую плату, избавит империю от узурпатора Константина III. Но завистники обвинили Стилихона в сговоре с Аларихом с целью свергнуть императора Ганория, и Стилихона казнят, а затем начинают гонения на германцев, проживающих на территории империи. Германцам приходится искать убежище у Алариха и он, считая, что империя, как всегда, нарушила договор, ведет армию на Рим (в итоге вестготы основали собственное королевство в Аквитании – одной из западных провинций империи). Одновременно, не сдерживаемые более договором со Стилихоном, империю атакуют гунны Ульдина. Избавившись от своего единственного защитника – Стилихона и настроив против себя тех, кто ранее составлял ударную силу армии, империя обрекла себя на уничтожение.

Нашествие вандалов

Благодаря договору со Стилихоном вандалы защищали Римскую империю против вестготов Алариха. Но вскоре им пришлось столкнуться с войсками узурпатора Константина III. Пользуясь междоусобицей (война Ганория против узурпатора Константина), отвлечением римлян на готские нашествия под предводительством Алариха и не сдерживаемые более договором со Стилихоном, объединившись с аланами и свевами, они заняли находящуюся под властью узурпатора Константина III, Испанию, организовав там свои королевства. А затем переправились в Африку, как более плодородную и более защищенную от атак территорию. В результате Западная Римская империя лишилась ресурсов Испании и Африки. Под ее властью осталась, фактически, одна только Италия, в которой и жителей было не так много, как было бы вместе с Испанией и Африкой, что существенно снизило вербовочную базу, и работать никто не хотел, привыкнув жить за счет провинций, что привело к обеднению казны и невозможности найма на службу варваров.

Итоги

В результате действий Алариха и нашествия вандалов с аланами, которые не могли бы привести к успеху, если бы не внутренние распри в империи, Западная Римская империя утратила почти все свои территории и пришла к окончательному упадку. Но она все еще продолжала существовать.

Падение Западной Римской империи

Неуемная жажда римлян к власти, не уменьшается даже после того, как от Западной Римской империи почти ничего не осталось. Даже после взятия Рима вестготами, даже после разграбления Рима вандалами, римляне продолжают истреблять друг друга. Так Флавий Орест, направленный с армией против грабивших Прованс вестготов, вместо того, чтобы защитить остатки империи, предлагает армии более легкую задачу и более высокую награду. 28 августа 475 года он свергает императора Юлия Непота и назначает императором своего сына Ромула Августула.

От империи уже ничего не осталось, но римляне по-прежнему грезят императорской властью и, вместо защиты собственной страны, продолжают рвать ее разлагающийся трупп!

В этой ситуации начальник охраны, гунн (по отцу) Одоакр, 28 августа 476 года берет в плен и вскоре казнит узурпатора Ореста, а 4 сентября принуждает Ромула Августула отречься от престола. Власть в Западной Римской империей возвращается императору Непоту. Одоакр при этом становится наместником в Италии. Однако в 480 году Юлия Непота убивают собственные охранники, вероятно подкупленные свергнутым им ранее, но оставленным живым, узурпатором Глицерием.

После смерти Непота Одоакр выслал в Константинополь императорские регалии и заявил, что отныне в Риме не будет императора. Западная Римская империя прекратила свое существование. Одоакр провозгласил себя королем (царем). Зависимость от коррумпированного сената, необходимость кормить толпы бездельников и неопределенность преемственности власти, наконец, прекратилась.

Что не менее важно, прекратилась власть амбициозных римлян.

Что могло бы спасти Римскую Империю?

  1. Раз уж сенат не способен управлять огромной империей и только мешает ей своими интригами, заговорами и убийствами императоров, императору следовало бы, опираясь на армию разогнать сенат (как поступали позже короли), объявить должность императора священной, неприкосновенной и передаваемой по наследству (отчасти, передача императорского титула и без того было наследственной). Заговоры против императора объявить незаконными и караемыми смертью. Фактически, Диоклетиан начал движение в этом направлении, но не сумел хорошо утвердить такую традицию.
  2. Прекратить кормить римских дармоедов и постараться обеспечить их работой, даже если для этого пришлось бы отнять часть земель у богатых землевладельцев. Однако на просторах империи и без того находились пустующие земли. Туда следовало бы переселить дармоедов, даже если пришлось бы делать это силой. Позже в различных странах принимались меры против нищих. В частности, Петр Первый боролся с их паразитизмом в России. Римляне же паразитизм, фактически, поощряли.
    Но для того, чтобы принудительно переселить нищих на пустующие земли требовалось сначала разогнать сенат, который, привыкнув использовать голоса этих нищих, не позволил бы избавить Рим от этой заразы.
    Принуждение нищих к работе позволило бы поднять уровень производства, снизить инфляцию, уменьшить государственный дефицит. Затем и зрелища можно было бы перевести на самоокупаемость.
  3. После перехода к политике жесткой обороны войска вели стационарную жизнь. В легионах знали не только своего командующего, но и командующих соседними легионами. Так же знали наместника своей провинции. При этом из-за стационарного нахождения между командующими и наместниками, варившимися в одном котле, возникало кумовство, что в итоге позволяло наместникам пользоваться поддержкой расквартированных у них легионов. И раз уж такая ситуация приводила к мятежам, следовало периодически перемещать наместников из провинции в провинцию (как Иван грозный, боясь заговора, перемещал воевод), а командующих легионами перемещать из одного легиона в другой под видом необходимости приобретения опыта руководства в различных полевых условиях и различным контингентом. Кроме того, сами легионы требовалось рассредоточить, чтобы затруднить общение между легионами и, тем самым, лишить их возможности сговориться.
    Возможно, еще более важным было организовать агитбригаду с цирком, театром и тому подобным, чтоб ее приезд в войска был радостным событием. Такая бригада должна была бы ездить от легиона к легиону и, помимо увеселений, рассказывать о достижениях науки и культуры, о грандиозных строительствах, разъяснять ситуацию в стране, противостоящей окружающим ее варварам, грозящим уничтожить римское процветание. В итоге, агитбригада должна была бы объяснять, что в сложившейся ситуации необходимо сплотиться всем жителям империи, вместе вести ее к процветанию и вместе защищать от внешних и внутренних врагов. Так же, необходимо было разъяснять потребность сплотиться вокруг императора, являющегося гарантом процветания империи и ее границ. Большевистские комиссары эффективно использовали мощь подобной агитационной машины. Полезна она была бы и в древнем Риме. Если б даже агитация не повлияла на лояльность легионов, она бы выявила нелояльные легионы, где можно было бы вовремя сменить командование.
    Предложение агитбригад в древнем Риме может показаться наивным. Но, фактически, именно это сделал император Клавдий II и, тем самым, действительно укрепил армейскую дисциплину и патриотизм. Однако данная традиция не была продолжена его приемниками.
  4. Такие императоры как Коммод и Нерон подорвали авторитет императорской власти. Император не мог быть актером или гладиатором. Не царское это дело. Хочешь быть актером – сними с себя императорские полномочия и не вынуждай сенат убивать императора или объявлять его врагом государства. Этот урок нужно было заучить всем, претендовавшим на роль императора.
  5. Важно было установить религиозный плюрализм. Пусть язычники не попадут в Рай, но это их личное дело. Христианам не стоило бороться с язычниками и сектантами. Внутренний мир важнее религиозных противоречий. Одна из заповедей гласит: «Возлюби ближнего», и не следует притеснять других только за то, что у них иная вера «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный»1.
  6. Поскольку одной из проблем империи стала трудность набора солдат в армию, подобно Олимпийским играм следовало создать военные игры, приуроченные (к примеру), ко дню бога войны Марса. Эти игры в глазах народа задобрили бы покровителя римского воинства, обеспечивая его благосклонность, в случае войны. Участвовать в играх должны были бы только гражданские лица, не состоящие на службе в армии. Но состязаться должны были бы в военных дисциплинах: метание копья, стрельбы из лука, фехтование деревянными мечами, кулачный бой и т. д. Призовые места в каждом городе награждались бы некоторой денежной суммой и почетными знаками, что стимулировало бы простых жителей принимать в них участие. Состязания были бы хорошим зрелищем, не уступающим гладиаторским боям или соревнованиям колесниц. Главной же задачей этих игр была бы непринужденная военная подготовка населения. При необходимости срочного набора в армию, подготовленные люди охотней бы в нее вступали. И вступали бы, уже имея определенные навыки.

Некоторые из этих мер применили в Восточной Римской Империи. В результате она просуществовала еще тысячу лет, пока не повторила трагической ошибки Рима (междоусобица во время войны с турками).

Выводы

Римляне не знали историю, так как практически никакой истории до них не было. Не зная истории, они не могли извлечь из нее правильные выводы. Это их и погубило. Рим не имел достаточного политического опыта, чтобы решать свои проблемы.

Безграмотная политика римских деятелей привела к постепенному изменению сознания римлян. Простые граждане стали безразличны к судьбе Рима, несшего им только страдания. Порой они были даже враждебны ему. А политические деятели, взросшие в этой среде безразличия и враждебности к судьбе Рима, так же безразличные к судьбе империи, стремились только властвовать над ней. Хотя бы над ее малой частью.

Величие Рима уже никому не было нужным. Именно это стало причиной его падения.

 

Смотрите так же: фактический материал об упадке Римской империи.

 


1) От Матфея святое благовествование, глава 6, стих 14.

 

Комментарии к странице

 

 

 


На главную страницу сайта